В 1117 году в столице империи Сун служил придворный чиновник Ли Сыцзюй. Жил он скромно, развлечений сторонился и по ночам занимался тем, что тогда называли искусством долгой жизни. Однажды он взял в услужение молчаливого человека, который согласился работать без жалованья и спал на циновке у его постели. Писатель Хун Май, сохранивший эту историю в сборнике «Записи И Цзяня», рассказывает дальше так: в полночь чиновник поднимался, садился, дышал, растирал тело и выполнял «то, что зовётся Восемью кусками парчи». Слуга за ширмой каждый раз тихо смеялся. На третью ночь Ли Сыцзюй потребовал объяснений, и слуга признался, что он ученик даосского наставника с горы Суншань, посланный в столицу искать достойных людей. Смеялся же он оттого, что ночные занятия чиновника, по его словам, вели к скорой смерти, хотя сам чиновник считал их искусством долгой жизни. В чём состояла ошибка, Хун Май не уточняет. Ли Сыцзюй поклонился слуге как учителю, получил от него первые наставления, а на рассвете тот ушёл, пообещав вернуться через полгода, и больше его никто не видел.
Эта короткая новелла ценна сразу двумя вещами. Она содержит самое раннее из известных упоминаний названия «Восемь кусков парчи», и из неё видно, что девятьсот лет назад практика уже была в ходу: её выполняли сидя, ночью, соединяя дыхание с растиранием тела. И она же напоминает о главном правиле, которое сопровождает комплекс всю его долгую жизнь: внешней формы недостаточно, практика приносит плоды тогда, когда человек понимает, что именно он делает и зачем, и когда рядом есть знающий наставник.
Спустя шесть столетий сидячие «Восемь кусков парчи» получили новое имя, «Двенадцать кусков парчи» (十二段锦, ши эр дуань цзинь), и под ним дошли до нас. Эта статья рассказывает, откуда комплекс взялся, как он устроен, что означает каждая из его двенадцати частей и какое место он может занять в жизни современного человека.
Что это за практика
«Двенадцать кусков парчи» относятся к даоинь, древнему китайскому искусству «вести и растягивать»: вести ци вниманием и дыханием, растягивать тело движением. Сегодня эту область чаще называют словом «цигун».
Комплекс целиком выполняется сидя. В нём нет ни прыжков, ни глубоких растяжек, ни сложной координации. Человек садится, закрывает глаза и на протяжении примерно двадцати минут проходит двенадцать коротких частей: постукивает зубами, прищёлкивает пальцами по затылку, поворачивает шею, собирает и глотает слюну, растирает поясницу, вращает плечами, тянется вверх, наклоняется к стопам и завершает всё мысленным кругом тепла по телу. Движения чередуются с дыханием и работой внимания, и в этом чередовании заключён замысел комплекса.
Вся последовательность записана стихами. Песня состоит из тридцати двух строк по пять иероглифов, всего сто шестьдесят знаков. В ней названы действия, их порядок и число повторов, поэтому знающий текст наизусть носит с собой весь комплекс.
Почему парча
Парчой в Китае называли узорный шёлк, самую дорогую из тканей. Узор на ней складывался медленно, нить за нитью, и готовый отрез ценился как сокровище. Слово «цзинь», парча, стало обозначать всё прекрасное и тщательно сделанное, а слово «дуань» означает отрез, кусок, часть целого. Название говорит сразу о двух вещах: каждая часть практики драгоценна, и все вместе они образуют одно полотно, в котором порядок нитей имеет значение.
Имена отдельных частей так же образны. Голова в песне названа Куньлунем, священной горой китайских мифов. Шея зовётся небесным столпом, язык красным драконом, слюна божественной водой, поясница вратами цзин, то есть вратами жизненной эссенции. Тело в этих строках предстаёт целой страной с горами, реками и небом, и вниманию легко путешествовать по такой карте.
От восьми кусков к двенадцати
У комплекса есть легендарная родословная и есть документальная. Предание называет его создателем Чжунли Цюаня, одного из восьми даосских бессмертных, и добавляет, что его ученик Люй Дунбинь собственноручно начертал наставление на каменной стене, откуда оно и разошлось по свету. Поэтому в старых книгах практика часто носит имя «Восемь кусков парчи Чжунли».
Документальная история начинается с новеллы Хун Мая в XII веке и продолжается в Даосском каноне, отпечатанном в 1445 году. В него вошло собрание «Десять книг о совершенствовании истинного», где сидячий комплекс записан уже полностью: песня с пояснениями и отдельное изложение в восьми частях с числом повторов для каждой. Эти восемь частей носят такие названия: «Постучать зубами и собрать дух», «Покачать небесный столп», «Взболтать языком, прополоскать и проглотить», «Растереть почечный чертог», «Одинарный ворот», «Двойной ворот», «Подпереть небо и надавить на темя», «Ухватиться за стопы».
В эпоху Мин песня входит в самые читаемые книги о сбережении здоровья. В 1591 году её печатает Гао Лянь в «Восьми записках о следовании жизни» вместе с восемью гравюрами сидячих поз. Там же приведено наставление о том, как приступать к занятиям: начинать в полночь, во время практики выдыхать только носом, едва заметно, заниматься ежедневно между полуночью и полуднем. Результат Гао Лянь описывает так: со временем человек сам замечает, что недуги отступают, а тело становится лёгким.
Минская редакция песни заканчивается торжественными строками: «Злые духи не посмеют приблизиться, сон не затуманит сознания, холод и зной не проникнут внутрь, беды и болезни не одолеют». Восемь частей соотнесены в ней с восемью триграммами «Книги перемен».
В 1771 году, уже при династии Цин, учёный Сюй Вэньби выпускает книгу «Истинная передача о долголетии». Он берёт ту же песню, делит её на двенадцать отрезков, к каждому прикладывает рисунок и подробное пояснение и даёт всему новое заглавие: «Песнь о двенадцати кусках парчи». Движения остались прежними, изменился способ изложения. То, что прежде умещалось в одну часть, например стук зубами и «небесный барабан», теперь получило отдельные рисунки, а начальное сидение в тишине и завершающий круг тепла стали самостоятельными частями. Сюй Вэньби заменил и концовку песни. Новые строки звучат так: «Прежде это звалось Восемью кусками парчи. Выполняй после часа цзы и до часа у. Усердно, без перерывов, и десять тысяч болезней обратятся в прах». Следом идёт наставление ученику: соблюдать порядок, ничего не пропускать и не переставлять, а прежде всего выучить песню наизусть.
В XIX веке двенадцать частей с рисунками переиздаются дважды: в 1858 году в «Важнейших искусствах охраны жизни» Пань Вэя и в 1881 году в «Иллюстрированном изложении внутренней работы» Ван Цзуюаня. В предисловии Ван Цзуюань сообщает, что получил рисунки в монастыре Шаолинь в горах Суншань. Так круг замкнулся: комплекс, первое упоминание о котором связано с даосом с горы Суншань, вернулся к читателям из тех же гор. Издание 1881 года стало источником, по которому «Двенадцать кусков парчи» изучали весь XX век.
Песня целиком
Перевод следует редакции 1771 и 1881 годов. Каждая пара строк китайского текста передана одной строкой.
Закрой глаза, сядь, погрузив сердце в тишину; сожми кулаки и в покое сосредоточь дух.
Тридцать шесть раз постучи зубами; двумя руками обними Куньлунь.
Слева и справа звучит небесный барабан, двадцать четыре удара слышны.
Слегка покачай небесный столп; красный дракон взбалтывает влагу.
Тридцать шесть раз прополощи рот; божественная вода наполнит его ровно.
Один глоток раздели на три; дракон идёт, и тигр сам бежит следом.
Задержи дыхание, разотри ладони до жара; за спиной разотри врата цзин.
Пока длится этот вдох, представь огонь, что опаляет колесо пупка.
Влево и вправо вращается ворот; обе ноги свободно вытяни.
Сплетя пальцы, подопри пустоту; склонив голову, много раз ухватись за стопы.
Дождись, когда придёт божественная вода; снова прополощи и снова проглоти.
Так сделай трижды, и божественная вода будет проглочена девять раз.
Глотай с журчанием, и сто сосудов сами придут в согласие.
Завершив круг речной повозки, представь огонь, охвативший всё тело.
Прежде это звалось Восемью кусками парчи; выполняй после часа цзы и до часа у.
Усердно, без перерывов, и десять тысяч болезней обратятся в прах.
Как сложен узор
Если взглянуть на двенадцать частей сразу, становится виден их замысел. Комплекс начинается с тишины и ею же заканчивается. Между ними внимание проходит по телу сверху вниз и обратно. Вторая, третья и четвёртая части посвящены голове и шее. Пятая собирает воду и отправляет её вниз. Шестая и седьмая разогревают поясницу и живот. Восьмая поднимает тепло вдоль спины. Девятая и десятая растягивают тело во всю длину. Одиннадцатая вновь опускает воду, двенадцатая замыкает круг.
Движение в комплексе всё время чередуется с покоем, а внешнее действие с внутренним: за стуком зубов следует слушание дыхания, за растиранием поясницы созерцание тепла, за вытяжением и наклоном неторопливая работа со слюной. Сквозная тема всего полотна состоит в укреплении почек и в налаживании обмена между водой почек и огнём сердца. Китайская медицина считает этот обмен основой крепкого сна, ясной головы и ровного настроения, и названные три вещи практикующие чаще всего и отмечают.
О числах
Тридцать шесть, двадцать четыре, двенадцать и девять встречаются в песне постоянно, и выбраны они со смыслом. Девятка в китайской нумерологии служит числом полноты ян, двенадцать соответствует месяцам года и двойным часам суток, двадцать четыре сезонам солнечного календаря, тридцать шесть вмещает и четырежды девять, и трижды двенадцать.
При этом старые издания спокойно расходятся в деталях. Поясницу в книге 1771 года растирают тридцать шесть раз, в издании 1881 года двадцать шесть, а в «Десяти книгах о совершенствовании истинного» к числу добавлено: «чем больше, тем лучше». Пустоту ранняя песня предлагает подпирать «три раза или девять», поздняя называет девять. Небесный барабан в одних книгах звучит двадцать четыре раза, в других по двадцать четыре на каждую руку. Из этих разночтений следует полезный для практикующего вывод: счёт служит опорой вниманию и мерой нагрузки, а судить о сделанном стоит по состоянию, которое оставляет каждая часть.
Когда и как заниматься
Песня называет время: после часа цзы и до часа у. Час цзы длится с одиннадцати вечера до часу ночи, час у с одиннадцати утра до часу дня. Между ними лежит та половина суток, когда, по китайским представлениям, прибывает ян, и практику, взращивающую тепло и силы, старые авторы помещали именно сюда. Чиновник из новеллы Хун Мая вставал для этого в полночь. Современному человеку достаточно более мягкого прочтения: хорошее время наступает утром, вскоре после пробуждения. Многие выполняют комплекс и вечером, потому что тепло и покой заключительной части располагают ко сну; в этом случае движения делают особенно мягко.
Классическая посадка предполагает скрещённые ноги на твёрдой подстилке. Комплекс с тем же успехом выполняют на стуле или на краю кровати, сохраняя главное требование первой части: прямая спина без опоры. Одежда нужна свободная, желудок ни полный, ни пустой, место тихое и без сквозняков. Дыхание на протяжении всей практики идёт через нос и остаётся беззвучным. Об этом говорится уже в самом раннем пояснении к песне.
Сюй Вэньби требовал от ученика трёх вещей: знать песню наизусть, соблюдать порядок и ничего не пропускать. К этому стоит прибавить четвёртую, названную в последних строках самой песни: постоянство. Двадцать минут каждый день приносят больше, чем час от случая к случаю. Начинающему разумно первое время выполнять движения с меньшим числом повторов и без задержек дыхания, постепенно подходя к полному счёту.
Что даёт практика
«Двенадцать кусков парчи» прежде всего возвращают человеку энергию и жизненные силы. Весь комплекс построен вокруг почек, в которых, по представлениям китайской медицины, хранится цзин, глубинный запас сил, полученный при рождении и расходуемый всю жизнь. Усталость, которая не проходит после сна, зябкость, слабость в пояснице и коленях традиция объясняет истощением этого запаса. Комплекс восполняет его несколькими способами сразу: горячие ладони согревают поясницу, слюна и дыхание ведут ци вниз, к животу, тепло у пупка разжигает внутренний огонь, а заключительный круг разносит это тепло по всему телу. Старые авторы помещали практику в ту половину суток, когда прибывает ян, и человек, закончивший её, встаёт согретым, бодрым и собранным.
Старые тексты говорят об этом щедро. Песня эпохи Мин обещает, что «злое не приблизится, сон не будет смутным, холод и зной не проникнут, болезни не одолеют». Гао Лянь пишет, что при постоянстве человек избавляется от недугов и постепенно ощущает лёгкость тела, а о глотании слюны замечает, что оно «орошает пять органов и придаёт блеск лицу». Пань Вэй в предисловии 1858 года формулирует главную мысль всей традиции: чем ждать болезни и со стонами искать лечения, лучше каждый день уделять практике хотя бы короткое время.
Вместе с цзин комплекс сберегает ещё два сокровища человека: ци, жизненную силу, и шэнь, дух. Тишина первой части успокаивает ум. Стук зубами собирает дух и укрепляет зубы. Слюна, проглоченная в три глотка, ведёт ци вниз. Растирание согревает поясницу и поддерживает почки, которые в китайской медицине ведают костями, слухом и запасом сил. Тепло у пупка соединяет огонь сердца с водой почек, и от этого равновесия зависят спокойный ум и крепкий сон.
Физиология объясняет действие комплекса своим языком. Повороты шеи, вращение плеч, вытяжение и наклон возвращают подвижность позвоночнику и плечевому поясу и снимают скованность от долгого сидения. Растирание согревает кожу, усиливает кровоток и расслабляет мышцы поясницы. Движения языка усиливают слюноотделение, а слюна защищает зубы и слизистую рта. Медленное тихое дыхание и сосредоточенное внимание переводят нервную систему в режим отдыха и восстановления.
Сидячие формы «Кусков парчи» в последние годы изучают в клиниках. В этих работах у пожилых людей улучшались равновесие, сила хвата и походка. У пациентов с остеопорозом после операции на позвоночнике за полгода занятий выросли плотность костей и качество жизни. Тяжёлые больные в реанимации быстрее восстанавливали мышечную силу и раньше возвращались домой. Люди в инвалидных креслах отмечали заметное улучшение душевного самочувствия. Нежелательных последствий занятий исследователи не наблюдали, и даже очень ослабленным людям практика оказалась по силам. Занимались участники от трёх до пяти раз в неделю, и одного занятия в неделю для результата оказалось мало.
Первые перемены обычно касаются самочувствия: через четыре–восемь недель регулярных занятий появляются бодрость, спокойствие и свобода в шее, плечах и спине. Сила и выносливость прибавляются позже, через три–шесть месяцев.
Древний вариант и современная редакция
В начале XXI века «Двенадцать кусков парчи» вошли в число комплексов оздоровительного цигун, которые в Китае разработаны и утверждены на государственном уровне. Современная редакция сохраняет сидячее положение и строки классической песни. Порядок частей в ней перестроен, некоторые движения объединены или получили более выразительный внешний рисунок, удобный для занятий в группе и для выступлений. По этой редакции проводят соревнования и присваивают квалификационные степени.
Древний вариант, записанный в книгах 1771 и 1881 годов, выглядит скромнее. Его сила заключена во внутренней работе: в тишине, в дыхании, в работе со вниманием внутри. Знакомство с ним помогает понять, откуда взялась каждая форма современной редакции и что она хранит.
Сто шестьдесят иероглифов
История «Двенадцати кусков парчи» по-своему поразительна. У комплекса нет достоверно известного автора. Он не требует ни зала, ни снаряжения, ни особых данных. Вся его запись умещается на одной странице. И при этом он пережил несколько династий, сменил имя, разошёлся по монастырям, медицинским книгам и семейным рукописям и добрался до нас почти без изменений.
Возможно, секрет его долговечности заключён именно в простоте. Человек садится, закрывает глаза и успокаивает сердце. Так начиналась практика придворного чиновника в 1117 году, и первая строка песни предлагает то же самое сегодня. Всё остальное, по слову старого наставления, со временем узнаётся на собственном опыте.
